Онегин vs Конфуций

Полезно иногда, знаете ли, расширять свой кругозор, выходя за рамки давно пройденной и забытой школьной программы. Имеем в виду именно чтение литературы, а не чтение записей на стене контакта или комментариев в любой соцсети . Также очень развивает широту мысли знакомство с нюансами других стран, можно таким образом как бы посмотреть на себя, и на нас всех, со стороны. 

Недавно с удивлением узнали, что роман Николая Островского «Как закалялась сталь» входит в обязательную школьную программу для чтения в Китае. И в 2016 году китайцы на перекрестном голосовании за 10 шедевров литературы России и Китая – поставили этот роман на 10-е место. У нас на этом же месте китайский автор У Чэнъэнь «Путешествие на запад». Страшно представить процент населения России, которые его прочитали и тем более оценили. Но все-таки, давайте вернемся к вышеназванному героическому произведению, как ни странно, но у нас, по крайней мере, уже несколько лет, оно убрано из школьной программы по литературе. Вместе с «Поднятой целиной» Шолохова, а «Тихий Дон» под большим вопросом.

Юное поколение китайских детей воспитывает на «Как закалялась сталь» свой характер, а у нас эту книгу посчитали неважной даже для чтения детей с ограниченными возможностями, видимо, из песни слова выкинешь и еще как. Раз про неоднозначные (термин не наш) годы содержание, значит – табу? А разве Шолохов не за «Тихий Дон» получил Нобелевскую премию в 1965 году, с формулировкой «за художественную силу и цельность эпоса о донском казачестве в переломное для России время» (Википедия)?

Получается, наших детей так пугает своя история? А как можно понять ошибки, если не знать их причины? В принципе, это тема для отдельного размышления.

Хитрые и, будем надеяться, мудрые китайцы в том опросе 2016 года определили для себя, что «Евгений Онегин» Пушкина – наше для них всё. А мы сами вот относимся к данному шедевру как к некой болтовне в стихах, и пушкинский слог остается тайной за семью печатями и для наших детей.

Надо заметить, что россияне определили китайской книгой номер один философский труд Конфуция «Лунь Юй» (Суждения и беседы), а на втором месте Лао Цзы с «Дао дэ цзин». Видимо, восточная философия с ее морализаторским оттенком, пришлась кстати загадочной русской душе, тогда как китайскому прагматизму недостает именно лирики, душевности и даже душевных терзаний в лице героя прошлого времени Онегина. Ну, и разумеется, гениально-волшебной пушкинской строфы, когда музыка слова проявляется особенно ярко.

Можно, конечно, утверждать, что Павка Корчагин люб китайским товарищам из-за его революционно-коммунистической направленности, но, положа руку на сердце, спросите сами себя, если вы, конечно, читали этот роман: какие сцены и него запомнились вам больше всего? Политически окрашенные, либо героическо-воспитательные, когда герой (и автор) преодолевал собственную немощь, и не только физическую?

Ответ за вами.

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.