Дети нового «сетевого» поколения. Часть первая: «Мы другие»

Осторожно! Статья предлагает не готовый рецепт, как ограничить ребенку доступ в социальные сети и вообще в интернет, а лишь возможность стать не только родителями, но и воспитателями собственного ребенка.

Профессиональные педагоги не устают давать советы, с какого возраста ребенку можно дать в руки телефон и место у компьютера, но все их слова разбиваются о прозу семейной жизни, которая давно решила, что всегда, когда маме и папе нужно чем-то занять чадо. 

В лучшем случае это будет познавательная компьютерная игра, в среднем – «мультики», в худшем – все «стрелялки» и «танчики», что есть на компьютере папы или на телефоне мамы.

Так что вхождение ребенка в интернет начинается именно с игр, а также со средств связи между родственниками, типа скайпа, вотсапа и прочих. Ну и, естественно, получает он свой первый телефон не позднее того, как идет в школу, потому что родители, видимо, вообще не мыслят себя без постоянного «обзвона». С другой стороны, чадо за начальную школу настолько сживается с телефоном, что он иной раз заменяет ему родителей, которые где-то там на работе и в делах. Вот и получается, что с 5-го класса уже 10-летний отрок активно въезжает в социальные сети, и смело осваивает их на свое усмотрение, пусть то кичевые заявления о плоской Земле, участие в политических играх взрослых или обычная болтовня. Или сплетни, лучше сказать, потому что работает эффект анонимности сетевого общения, и он позволяет сказать другу\врагу то, на что в реальности смелости не хватит.

Мы, родители, вот этого хотели? Что же мы упускаем, когда позволяем информационным течениям нести ребенка куда и как угодно?

1. Мышление ребенка становится клиповым, то есть мозаичным, фрагментарным, когда цепляют яркие картинки-образы, звуки, слоганы, идеи, но их бесконечное поступление в мозг не позволяет осмыслить картину целиком, и постепенно требуются все новые и новые яркие раздражители, которыми ребенок пытается заполнить пробелы в своей картине мира.

2. Общение в сети нивелирует собеседника, позволяет нарисовать свой собственный образ, который может быть совершенно далек от реальности. К тому же в сети даже взрослые, не говоря о детях, упрощают любое письменное общение, используя модные слова, которые заменяют живые чувства, переводя их в разряд опять-таки, неких образов эмоций и чувств, и опять-таки, далеких от нюансов живого общения. И общего восприятия мира, в частности, например, запахов, прикосновений, ориентации в пространстве.

3. Концентрация на задаче, образе, человеке суживается до 15-20 минут максимум. Да, она приправляется многозадачностью, когда ребенок читает, слушает, смотрит одновременно, но долговременная память развивается хуже, а зачем вообще запоминать, если в интернете все есть? Интересный факт, что дети не могут сформировать поисковый запрос, а скорее всего будут писать в строку поиска типа «мне надо решить задачу, а я не знаю как». Вот тут и появляется голосовой помощник Алиса, которая переспросит и будет уточнять и менять параметры поиска до ожидаемого ребенком результата. Не думаете, что следующее поколение детей не будет нуждаться в клавиатуре и письме вообще, ведь проще сказать голосом? Вот почему в школе так популярны так называемые презентации, где есть картинка и одно-два предложений, да еще и с видеорядом.

4. Погружение в гиперактивность через клиповое мышление, скажем откровенно, идет семимильными шагами у тех, чей типаж нервной системы это подразумевает и доставляет множество трудностей тем детям, которые вынуждены обучаться рядом с ними. Одни специалисты говорят, что никакого отклонения в этом нет, а есть недостаток воспитания, но ответ на вопрос о гиперактивности находится между двумя этими пунктами, и что делать с так называемым СДВГ (синдромом дефицита внимания гиперактивности) – пока точно никто не знает.

5. Аутичность, как молчаливый собеседник, которому можно присылать смайлики без слов, ждет тех детей, чья нервная система к этому склонна. Части подрастающего поколения активно погружаются в интровертивность, то есть зацикливание на себе в его крайнем проявлении, когда мир вообще либо неинтересен, либо воспринимается предельно агрессивным. Почему и требуется защита в виде аутизма. Меня нет – я в домике.

6. Извечный конфликт между отцами и детьми становится уже не просто бурной рекой отношений, а водопадом, где разбиваются родственные узы. Редкий родитель умеет в интернете то, что умеет его чадо: играть в игры лучше него, записывать видеоролики лучше него, иметь 100 ненужных друзей и 1000 фотографий на стене своего аккаунта и т.п. и т.д. В общем, родители не поспевают, ведь они работают, чтобы чадо имело все эти гаджеты, но раз ты не знаешь сленга-фишек-хайпа – ты отсталый, и я поищу в интернете того взрослого, который будет говорить со мной, ребенком сетевого века – на моем языке. Отсюда и столь частые глобальные конфликты между родителями и детьми в вопросах взглядов на политику и общество в целом. 

Во второй части мы поразмышляем о том, что же все-таки может сделать для своего «интерактивного» ребенка любящий родитель, чтобы найти место для очень важной запятой во фразе «запретить нельзя разрешить».

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.