prajt (prajt) wrote in nash_dvor,
prajt
prajt
nash_dvor

Category:

Карлсон вернулся...

Оригинал статьи: https://prajt.livejournal.com/258301.html
В этом году исполнилось 50 лет фильму «Карлсон вернулся» — и в честь этой красивой даты хотелось бы рассказать как создавалась картина.
В 1968 году студия «Союзмультфильм» выпустила мультик «Малыш и Карлсон», имевший колоссальный успех у зрителей всех возрастов.
А уже 28 мая 1970 года получил прокатное удостоверение и вскоре вышел на экраны анимационный фильм режиссера Бориса Степанцева «Карлсон вернулся» — продолжение картины «Малыш и Карлсон».





Режиссер Боря Степанцев почему-то вбил себе в голову, что персонаж домоправительницы фрекен Бокк должен говорить только голосом Фаины Георгиевны Раневской. Даже настоял, чтобы художник Юра Бутырин изобразил домоправительницу максимально похожей на знаменитую актрису.
Но одно дело захотеть, а совсем другое – заполучить согласие Раневской на работу в мультфильме, особенно когда выяснилось, что актриса никогда в такого рода творчестве участия не принимала.

Режиссер Борис Степанцев



Хотя по воспоминаниям художника-постановщика фильма Анатолия Савченко, Раневскую на эту роль предложил именно он: «Борька (реж. Борис Степанцев) пробовал многих актрис, намучился страшно, никто не нравился. А с Раневской сразу всё получилось. Женщиной она была крутого нрава, режиссёра называла деточкой и не принимала никаких замечаний: “Деточка, я сама всё знаю!..” А на меня она даже обиделась. Когда увидела нарисованную Фрекен Бок, воскликнула: “Неужели я такая страшная?” Я попытался её переубедить: “Это не вы, а образ!” Но, по-моему, актриса осталась при своём мнении».

художник-постановщик Юрий Бутырин



Теперь успех зависел только от «переговорщицы»! Эта нелегкая задача выпала на редактора фильма Раечку Фричинскую. Оказалось, что Фаина Георгиевна «Малыша и Карлсона» уже видела на телеэкране и особенно отметила мою актерскую работу. Дальше Раечка пустила в ход свое очарование, и в результате было назначено совершенно конкретное время озвучания, а именно «завтра, в два часа дня».
Это «завтра» застало режиссера Бориса Степанцева врасплох. Боря вышел в режиссеры из художников совершенно самостоятельно, режиссерские навыки постигал опытным путем, а работу с актерами строил на полном взаимном доверии.
Но тут – Раневская! Нельзя же ей сказать: ты, мол, давай, а я по ходу дела скажу, что мне понравилось, а что не понравилось.

Фаина Раневская



Боря впал в панику. Он бросился в театральную библиотеку, записался на абонемент и набрал домой книг, о которых раньше знал только понаслышке: «Работа актера над собой» К.С. Станиславского, «В.И. Немирович-Данченко на репетиции», «Театр Вс. Мейерхольда» и черт знает что еще. Всю ночь, не смыкая глаз и поддерживая себя крепчайшим кофе, Боря штудировал труды патриархов и корифеев театральной режиссуры, выписывая на бумажку наиболее поразившие его профессиональные откровения, и продолжал делать это и утром, пока не наступило время ехать на студию. В общем, Боря оказался в положении закоренелого двоечника, который сидит за учебниками в последнюю ночь перед государственным экзаменом и молит Бога о том, чтобы вытащить самый легкий билет.
Но билет-то был всего один, и совсем не легкий, – Раневская.

Фрекен Бок


И вот пробил назначенный час, и в просторное помещение тонателье вплыла, покачиваясь, монументальная фигура прославленной актрисы. Раечка, пользуясь телефонным знакомством, представила собравшихся. Собственно, собравшихся было двое: я и Боря Степанцев – режиссер. Да еще звукооператор, отгороженный толстым витринным стеклом, через которое было видно, что он вежливо привстал со стула.
Когда звуконепроницаемая дверь тонателье за Раечкой закрылась, Фаина Георгиевна величественно наклонила голову в сторону режиссера (Степанцев был невысокого роста) и протяжно произнесла:
– Ну-у-у...

Художник-постановщик Анатолий Савченко (слева) и Василий Ливанов, который озвучил Карлсона


И тут Боря ударил фонтаном. Кто видел, как запускают фонтан в действие после долгого зимнего перерыва, когда вода со свистом ударяет ржавой струей на немыслимую высоту, тот сможет оценить сравнение. Все сведения, которыми Боря набивал свою переутомленную голову всю ночь и большую часть утра, теперь вырвались на свободу, немыслимо перепутавшись в еще никем не слыханную теорию работы с актером. Боря от природы слегка закашивал одним глазом, а тут зрачки его совершенно разъехались по обе стороны лица, и было заметно, что Раневская пытается поймать его взгляд, но ей это никак не удается.

– Ну вот что, – вдруг произнесла Фаина Георгиевна, когда фонтан несколько иссяк, – мне карманный Немирович-Данченко не нужен! Идите вот туда, – ее палец указал в сторону звукооператорской рубки, – и смотрите на нас из этого аквариума. А мы с Василием Борисовичем начнем работать.
Режиссер Степанцев безропотно отправился в «аквариум», и я видел через стекло, как он достал из кармана какую-то бумажку, украдкой заглянул в нее и быстро сунул обратно в карман. Понял, что шпаргалка не поможет.

Клара Румянцева - голос Малыша и композитор Геннадий Гладков



Партнерский контакт между мной и Фаиной Георгиевной установился мгновенно.
– Это вы сами придумали «день варенья»? Я сразу поняла – импровизация. Шалунишка…
Через некоторое время режиссер пришел в себя и стал выкрикивать в микрофон «прекрасно!» или «замечательно!». Наверное, искал способы профессионально реабилитироваться.
Когда дошли до единственной реплики фрекен Бок о возможном приезде к ней телевидения, Фаина Георгиевна призналась, что на работников телевидения за что-то сердита и хотела бы их немного «уесть». Придумали так:
«Раневская. Сейчас ко мне должны приехать телевизионные деятели искусств. Что же я им буду показывать?
Я. А я? А меня? Ведь я красивый, в меру упитанный мужчина, в полном расцвете сил!
Раневская. Но на телевидении этого добра хватает!
Я. Но я же еще и талантливый!»

Борис Кустодиев. Портрет Федора Шаляпина. 1922



Озвучание закончили довольные друг другом. Режиссер Степанцев вынырнул из своего «аквариума» и попросил Раневскую завершить роль словами «Милый… милый».
– Это еще зачем? – строго вопросила Фаина Георгиевна. – Я же это уже говорила, давно и в другом фильме. Не буду! – И потребовала у Бори Степанцева принести ей лист бумаги, на котором написала:
«Милому Василию Борисовичу от его партнерши, с большой искренней симпатией и с ожиданием новой встречи!
Ф. Раневская.
Весна 70-го года».


В финале мультфильма Фаина Георгиевна все-таки говорит: «Милый... милый...»
Эти слова после долгих уговоров талантливо сымитировала «под Раневскую» редактор Раечка Фричинская. Говорили, что Фаина Георгиевна, посмотрев мультфильм, подделки «не заметила». Думаю, ей стало жаль, что так сурово обошлась с режиссером.




НУ КАК НЕ ПОСМОТРЕТЬ!



Из книги: В. Ливанов. «Помни о белой вороне» (Записки Шерлока Холмса) // М., 2005.
Источник: http://www.f-ranevskaya.ru/kino-i-teatr/karlson-vernulsya-1970.html




Subscribe
Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments