Аркадий Райкин. " Холостяк "
Юный Константин Райкин, будучи человеком и темпераментным, и литературно одарённым, вёл донжуанский дневник. Записывал, так сказать, свои впечатления от начинающейся мужской жизни. По всем законам драматургии, однажды Костя свой дневничок забыл, в раскрытом виде, на папином рабочем столе – и, вернувшись из института, обнаружил родителей, с интересом изучающих эту "беллетристику".
– Да-а, – протянул папа. – Интересно... Я в твои годы был скромнее, – сказал он, чуть погодя.
– Ну, ты потом наверстал – заметила мама, несколько испортив педагогический процесс.
Но педагогический процесс только начинался: Райкин-старший вдруг сменил тему...
– Знаешь, Котя, – сообщил он, – у нас в подъезде парикмахер повесился...
Котя не сразу уследил за поворотом сюжета: – Парикмахер? – Да, – печально подтвердил Аркадий Исаакович. – Повесился парикмахер. Оставил предсмертную записку. Знаешь, что написал? Райкин-старший взял великую педагогическую паузу и, дав "ребёнку" время сконцентрировать внимание, закончил:
"Всех не перебреешь!"
– Да-а, – протянул папа. – Интересно... Я в твои годы был скромнее, – сказал он, чуть погодя.
– Ну, ты потом наверстал – заметила мама, несколько испортив педагогический процесс.
Но педагогический процесс только начинался: Райкин-старший вдруг сменил тему...
– Знаешь, Котя, – сообщил он, – у нас в подъезде парикмахер повесился...
Котя не сразу уследил за поворотом сюжета: – Парикмахер? – Да, – печально подтвердил Аркадий Исаакович. – Повесился парикмахер. Оставил предсмертную записку. Знаешь, что написал? Райкин-старший взял великую педагогическую паузу и, дав "ребёнку" время сконцентрировать внимание, закончил:
"Всех не перебреешь!"