Как создавались исторические образы в фильме "Форт Росс: В поисках приключений" (2014)
Фильм "Форт Росс: В поисках приключений" - это фильм-фэнтези с перемещениями во времени.
Фильм такой очень легкий и псевдоисторический, в сторону "Трех мушкетеров", "Гардемаринов" и даже "Пиратов Карибского моря". Но сюжет необычный и исторически незатасканный, поэтому предлагаю интервью художников по костюмам Дмитрия Андреева и Владимира Никифорова, как создавались образы данного фильма
Исторический костюм в кино
Исторический костюм в кино
Дмитрий Андреев: В школе-студии МХАТ, где я получил достаточно хорошее классическое образование, нас научили ценить и любить именно исторический костюм. Мы занимались в запасниках Государственного исторического музея, в запасниках Кремля, ездили в музеи в Петербург. То есть нам давали специальные знания – я знаю, как раньше кроили, как обрабатывали швы, – и прививали вкус. Современный костюм мне не очень интересен, за малым исключением. Если нам предлагают современные картины, мы стараемся зацепиться или за какую-то интересную идею или за какое-то необычное задание. Но в основном все же беремся за исторические проекты. В фильме "Форт Росс" действие разбито на два периода: наши дни и 1820 год. Начало XIX века я еще никогда не делал, поэтому было интересно попробовать, поднять материалы, "взрыхлить" ту эпоху.
Максим Матвеев — Дмитрий, тележурналист
Максим Матвеев — Дмитрий, тележурналист
Владимир Никифоров: Нам интересно придумывать костюм. Ведь современный костюм, в общем-то, не придумаешь – есть марки, бренды. А нас привлекают "марки" и "бренды" другого времени, сама История, мы в ней больше понимаем, поэтому с ней и работаем. В "Форте Росс" современный костюм – он специфический. Нужно было придумать, как органичней перевести персонажей из нашего времени в ту эпоху, чтобы современный костюм вписался в начало XIX века.
Максим Матвеев — Дмитрий, тележурналист
Максим Матвеев — Дмитрий, тележурналист
Костюм приключенческого фильма
Дмитрий Андреев: В "Форте Росс" все определяет жанр – приключенческое кино. В соответствии с ним это абсолютно костюмная картина, то есть в ней все должно быть ярким, впечатляющим, сочным, интересным по фактурам, цвету. Это были для нас основополагающие моменты.
Кадр со съемки фильма
Кадр со съемки фильма
Источники для воссоздания костюма другой эпохи
Дмитрий Андреев: Мы пользуемся историческими исследованиями, воспоминаниями, мемуарами, тем более что в "Форте Росс" действуют реальные персонажи: Николай I, Бенкендорф, Иван Кусков (основатель Форта Росс ). Потом обращаемся к живописи, модным журналам, исследуем кроильные материалы того времени. То есть потихоньку исследуем необходимый базис. Кроме того, поскольку в фильме военная форма присутствует в огромном количестве, у нас был консультант по военной форме, Сергей Попов, историк, один из членов редколлегии исторического журнала "Старый Цейхгауз".
Основное действие в фильме происходит в XIX веке, незадолго до восстания декабристов. Большое внимание в нем было уделено "состариванию" костюмов, так чтобы герои смотрелись достоверно. К примеру, капитана пиратов в исполнении Михаила Горевого, лейтенант русских моряков обзывает "грязнулей", так что костюм просто обязан был соответствовать этому эпитету. Для этого фильма были арендованы некоторые костюмы из фильма "Парфюмер", и остальные костюмы пришлось подогнать стилистически к ним.
Дмитрий Андреев: Это просто крестьянка, которая ничем не должна была выделяться. Ее одежда скроена по образцам фильма "Парфюмер". С начала 2000-х гг., когда на экраны вышел фильм "Пираты Карибского моря", "Парфюмер", все стали уделять много внимания "фактурности" костюмов. Мы "фактурили" практически каждый костюм в стилистике "Парфюмера".
Основное действие в фильме происходит в XIX веке, незадолго до восстания декабристов. Большое внимание в нем было уделено "состариванию" костюмов, так чтобы герои смотрелись достоверно. К примеру, капитана пиратов в исполнении Михаила Горевого, лейтенант русских моряков обзывает "грязнулей", так что костюм просто обязан был соответствовать этому эпитету. Для этого фильма были арендованы некоторые костюмы из фильма "Парфюмер", и остальные костюмы пришлось подогнать стилистически к ним.
Выставка "Дмитрий Андреев. Закройщик иллюзий" в Музее Кино. Главный пират. 1820. "Форт Росс. В поисках приключений". Мундир, кюлоты, жилет, сорочка, чулки, ботинки, двууголка. Сукно, лет, металл, хлопок, фетр. Крестьянка. 1820. "Форт Росс. В поисках приключений" Сорочка, две нижние юбки, верхняя юбка, кафтан, чепец, фартук, шейный платок. Шерсть, сукно, хлопок, лен, металл
Дмитрий Андреев: Это просто крестьянка, которая ничем не должна была выделяться. Ее одежда скроена по образцам фильма "Парфюмер". С начала 2000-х гг., когда на экраны вышел фильм "Пираты Карибского моря", "Парфюмер", все стали уделять много внимания "фактурности" костюмов. Мы "фактурили" практически каждый костюм в стилистике "Парфюмера".
Историческая достоверность
Дмитрий Андреев: В "Форте Росс" очень сложная история была с гардемаринами, потому что в нашем фильме это придуманные персонажи – в действительности их не могло быть в Калифорнии. То есть отчасти мы допускали вольности. К примеру, форма у нас была гардемаринская, но с минимальными допусками, отчасти придуманная, такой микс. Конечно же, на наше вольное решение найдется тысяча критиков, которые скажут, что так не было. В советские времена этих людей называли "народными мстителями". Они писали студиям, а художников по костюмам за "промахи" лишали премии. Сегодня нам портит жизнь Интернет. Но в случае "Форта Росс", я считаю, допущения оправданы. У нас же свои законы – законы приключенческого жанра. Вспомните романы Дюма – бессмысленно же говорить о том, кто с кем из его романов в действительности мог или не мог встречаться. Как говорит наша коллега: "Хотите увидеть подлинный исторический костюм? Сходите в музей".
Владимир Никифоров: Главное не точность в том, как это было, а точность, к примеру, в силуэтах и в целом в духе того времени. Конечно, важно, попасть в цвет. Но если мы не попадаем, значит нам это нужно. Следуя законам изображения в кино, мы должны думать о цветовой целостности на экране, поэтому не всегда необходимо в точности воспроизводить тот или иной цвет костюма. Для нас действуют законы не исторического костюма и реконструкции, а законы художественного фильма. Кино – это "искусство допусков".
Дмитрий Андреев: Допуски нужны в кино, хотя бы ради художественного смысла. И кстати, у нас были ожесточенные споры по этому поводу. Наш консультант говорил ни в коем случае не делать то, то и то. С этим списком мы пришли к Юрию Морозу, на что он возразил, что у нас приключенческое кино, придуманное. Но все же мы отстаивали и отстояли какие-то исторические вещи. То есть нам порой приходится лавировать между достоверностью и условностью.
Владимир Никифоров: Но вообще у нас есть такая как бы поговорка: "Если зритель начинает искать ошибки в костюме, значит, кино скучное". Да и какой бы ни был костюм, если он органично вписывается в атмосферу фильма, его никто критично рассматривать не будет.
Дмитрий Андреев: Один наряд из XVIII века был создан для фильма, но, к сожалению, этот эпизод не вошел в кино. Это домашний, повседневный костюм Екатерины II. Мы решили отойти от привычного ее образа, знакомого нам по портретам Левицкого, Боровиковского, решили сделать ее на гребне модной волны. Потом я нашел шляпу и получился прогулочный костюм
Дмитрий Андреев: Один наряд из XVIII века был создан для фильма, но, к сожалению, этот эпизод не вошел в кино. Это домашний, повседневный костюм Екатерины II. Мы решили отойти от привычного ее образа, знакомого нам по портретам Левицкого, Боровиковского, решили сделать ее на гребне модной волны. Потом я нашел шляпу и получился прогулочный костюм
Выставка "Дмитрий Андреев. Закройщик иллюзий" в Музее Кино. Слева: Наталья Суркова в роли Екатерины II, Юрий Оленников. Справа: Прогулочное платье Екатерины II. 1787 г. Юбка, корсаж, верхнее распашное платье, две нижние юбки, косынка "фишю", бархатка, медальон на бархатной ленте. Шелк, хлопок, металл, стразы, антикварные лента и кружево. Шляпка: солома, шелк, синель, перо страуса.
Сотрудничество с режиссером
Дмитрий Андреев: С Юрием Павловичем Морозом мы познакомились на картине "Братья Карамазовы", серьезное кино, которое я ставлю на одно из первых мест в нашем послужном списке. Тогда Юрий Павлович нам сразу сказал, что в историческом костюме он мало что понимает, и нам, как художникам, доверяет. Мы обозначили какие-то основополагающие, важные для режиссера моменты: цветовые нюансы, акценты. После он просто не вмешивался в нашу работу, мы действовали на доверии. Вот и на "Форте Росс" специальных задач перед нами и не ставилось. Мы плыли в одну сторону и нам, в принципе, было все понятно. Дело в том, что сценарий картины настолько внятный, что там понятно, как и что надо делать. Но со стороны режиссера подобное доверие, конечно, очень приятно.
Дмитрий Андреев: С Юрием Павловичем Морозом мы познакомились на картине "Братья Карамазовы", серьезное кино, которое я ставлю на одно из первых мест в нашем послужном списке. Тогда Юрий Павлович нам сразу сказал, что в историческом костюме он мало что понимает, и нам, как художникам, доверяет. Мы обозначили какие-то основополагающие, важные для режиссера моменты: цветовые нюансы, акценты. После он просто не вмешивался в нашу работу, мы действовали на доверии. Вот и на "Форте Росс" специальных задач перед нами и не ставилось. Мы плыли в одну сторону и нам, в принципе, было все понятно. Дело в том, что сценарий картины настолько внятный, что там понятно, как и что надо делать. Но со стороны режиссера подобное доверие, конечно, очень приятно.
Владимир Никифоров: Тут дело в том, что существует разное кино. Мы работаем с костюмом, и наша задача – быть проводником между режиссером и актером. То есть мы создаем образ, который в дальнейшем будет использовать режиссер. И тут очень тонкий момент – сделать так, чтобы и актер поверил в свой костюм, и режиссер поверил в этот костюм.
Сотрудничество с актером
Дмитрий Андреев: Обычно, мы сначала встречаемся с актером за чашкой кофе или чего-нибудь покрепче, обсуждаем роль, ее развитие. Самое главное происходит во время примерок, когда мы начинаем визуально лепить образ, а общение приобретает зримый, конкретный смысл. Ищем линию плеча, силуэт, цвет. Я рассказываю про костюм, про эпоху, как в этом живут, ходят, сидят, ложатся, что и куда кладут, допустим, монокль, платочек. То есть я стараюсь сделать так, чтобы актер чувствовал себя в этом костюме как своей шкуре.
Владимир Никифоров: Но при этом каждый костюм мы как бы примеряем на себя. Вообще же при работе с актером, как и с режиссером, главное – разговоры, умение слушать и убеждать. Актер предлагает что-то в драматическом плане, говорит, удобно ли ему. Причем иногда даже необходимо, чтобы актеру было неудобно. Кем бы ни был актер, известным человеком или просто артистом массовых сцен, мы стараемся вести себя с ним очень благожелательно. Ведь у каждого из них свой характер, свои амбиции. И чем доверительней мы общаемся, тем выигрышнее смотрится в кадре и костюм, и актер.
Проблемы, с которыми сталкивается художник по костюмам
Дмитрий Андреев: По поводу нынешнего поколения актеров, да простят они меня. Как правило, молодые не умеют носить костюм, видимо, потому что сцендвижению не учат, а это же важно – какой должен быть шаг, поворот головы, в какой руке перчатки держать, как снять цилиндр, как в кринолине присесть. Многие, к сожалению, если речь идет об исторической картине, очень мало погружаются в эпоху. Конечно, сегодня ритм работы такой – актеры скачут с площадки на площадку. Но из-за этого в итоге формируется поверхностный взгляд на роли, исчезает органика. Мало кто сегодня работает как, скажем, Иннокентий Михайлович Смоктуновский. По воспоминаниям моих коллег, готовясь к роли Гамлета, Мышкина или Карла V, он приходил в библиотеку, изучал книги по истории костюма, сам постигал эпоху.
Владимир Никифоров: У нас есть такое понятие – "доигрывать костюмом". Актеры старой школы зачастую сами создавали свой образ, который не нужно было "доигрывать".
Дмитрий Андреев: Когда говорят, что костюм такой хороший, что в нем и играть ничего не надо – это на самом деле минус для нашей профессии, ведь это значит, что мы за актера рассказали его историю, "лишили его работы". То есть задача костюма – помогать актеру, что-то в нем подчеркивать или наоборот, заставлять его себя преодолевать, но ни в коему случае – не подменять.
Российские актеры и иностранные
Дмитрий Андреев: Зарубежные актеры и наши – это зачастую Небо и Земля. Зарубежные, как правило, все умеют носить костюм, относятся к нему и к нашей работе с уважением и даже трепетом.
Лайа Коста — Люсия
Лайа Коста — Люсия
Владимир Никифоров: У нас почему-то нет такого отношения. Костюмный департамент в России воспринимается как подсобный. В Европе художники кино – это соратники, равноправные творцы. Там актеры понимают, что от художника по костюмам зависит, как они будут играть и выглядеть в кадре. В "Форте Росс" в этом плане нам особенно повезло с испанской актрисой Лайей Коста. Она очень быстро приняла и восприняла наш костюм.
Лайа Коста — Люсия
Лайа Коста — Люсия
Дмитрий Андреев: Конечно же эта проблема связана с актерской школой. Не секрет, что у нас сегодня трудности с педагогами, да и в целом с культурой, с требованиями к самим себе.
Владимир Никифоров: На мой взгляд, сейчас сложилась ориентация на сериальный формат: актер быстро вошел, на крупном плане быстро что-то отговорил. А детали, движение и другие вещи, необходимые для полнометражного кино в обучении опускаются – это при таком формате не нужно.
Опыт и образование
Дмитрий Андреев: Среди моих коллег есть несколько человек, которые нашему делу не учились, высшие учебные заведения по профилю не заканчивали. То есть для них главное был опыт, опыт и еще раз опыт. Я же закончил специальное учебное заведение, и считаю, мне повезло, поскольку иногда мне не нужно было "придумывать велосипед", я уже знал, как те или иные вещи надо делать. В этом смысле я скорее сторонник высшего образования. У меня в свое время был большой провал – на третьем курсе я пошел работать по специальности, художником-технологом в театр Станиславского и Немировича-Данченко. В итоге я прилично потерял в образовании, зато приобрел большой технический и производственный опыт.